?

Log in

No account? Create an account
oleg_menshikov
Recent Entries 
Spasibo


(Ремарка: ноздри втягивают сладковато-пряный дурман трубочного дыма, а под ними растягивается чуть больше задевая правую половину лица, нить безвинной улыбки)

Черт те знает что (вот почему он, бес его, знает, а я мучаюсь в догадках), а я, однако, соскучился по себе здесь. По тому самому "гуру, поэту, магистру слова" (беру в кавычки не себя, а только незаконно похищенные эпитеты) и прочей белиберды, которым я прекрывался несколько лет. Эгоист, бросил себя, точнее отбросил эту маску на целый мучительно-ВЫСОКОсный год! Подлец! Профан! Мужлан! Мучитель! Зато сегодня вот я решил вернуться к вам в облике трубки, уникальной, небывалой, бегущей, путешествующей. Отчего трубки? Потому что весь этот год я ощущал себя в буквальном смысле куском бриара (спасибо, что ничем похуже) - эдаким древовидным наростом в ногах дерева породы вересковых, поэтому лучшие трубки традиционно кличут вересковыми (это я сейчас ненавязчиво блеснул осведомленностью). И вот этот кусок бриара мог бы так и оставаться уродливым наростом, если бы его не отняли от дерева и если бы он не попал в руки двух братьев-итальянцев из трудолюбивого Милана, которые держат магазин "Как пашА" (не уменьшенный Павел, а османский аристократ) вознамерились создать самую драгоценную курительную трубку в мире. И не потому, что в ней будет некая безусловная материальная величина, а потому, что будет она выражать мысли, стиль, характерную манеру, знания, тепло рук 16 самых знаменитых трубочных мастеров мира. И отправились братья-миланцы по трем странам Европы - прокурили 6000 километров по Италии, Германии и Дании, уговаривая выдающихся мастеров проникнуться единым проектом, увидеть в куске бриара свою линию, свой изгиб. И то, что у них получилось напоминает скрипку кремонской школы над которой одновременно склонялись в творческих муках Амати, Страдивари и Гварнери. "Всё, старик сошел в ад самонадеянности", - ужаснетесь вы сочувственно и покинете меня, как я покинул вас на целый год. Но зато я, кажется, за этот молчаливый год, научился заново читать, а вот писать, увы, окончательно разучился. Но готов раскурить с вами себя, как трубку мира.
Spasibo
Играли в лото под родным абажуром,
И вместо котов из мешка
Тащили бочонки с бордо
И риохой, забыв проливные снега.
День шалью покрылся,
Прозябли минуты,
А мы все стучали об стол,
И Бахус спросонья нетрезво обутый
Вел в дырах прямой разговор.
Но Я Б Рассмешить сонм богов
Не решился, закрыв клетки на год вперед,
Ведь жизнь - не лото, здесь нельзя торопиться,
Но нужно играть каждый ход!
16th-Oct-2011 08:59 pm - Happy Birthday, Oscar
Oscar
We are all in the gutter but some of us are looking at the stars.

Все мы лежим в сточной канаве, но некоторые смотрят оттуда на звезды.
Spasibo
Вы добавили этот журнал из-за имени или потому что любопытно читать?
Итог опроса: минус четыре "друга":
Почему я убираю Вас из френдов
telhas_telhado
А я-то думала, Вы - тот самый, актер Меньшиков. Ну нет, я так не играю. Более Ваших труднопонимаемых постов читать не буду. А то под именем любимого актера всякое можно было стерпеть и попытаться понять, даже самые непонятные посты об очень уж высоком... А так - нет, увольте, кто бы Вы ни были - мужчина, женщина или коллектив авторов. Гуд бай!

Свифт окружен стеной непонимания!! Он нанял актеров , чтобы те несли людям его мысли: власти оказались хитрей - они наняли зрителей !.. Круг замкнулся!..
Григорий Горин "Дом, который построил Свифт"
Oscar
"Сегодня встреча с интересным человеком",
Клочок пришпилен на стекле моём...
Бросаю в стол осеннюю примету -
Листок тетрадный желчью опален.

Храню слова желтушные, немые,
В решетке клеток затаился вор.
Украсть бы вдохновения с монету,
И ну чеканить рифму на весь двор.

Встречаться мне с собою нет охоты,
Весь вышел "интересный" человек.
Забил ружье пыжом одной остроты
И стерегу стихов олений бег.
11th-May-2011 04:55 pm - Framboise à la Параджанов
Spasibo


Параджанов - творец легенд, выдумщик мифов, провокатор, враль, мудрец, дитя наивное, хитрец искренний, армянин, родившийся в Грузии и сидевший в русской тюрьме за украинский национализм вязал узелки своей судьбы из обыкновенных вещей, одним своим воображением преображая их до чуда. Одному знакомому оператору он настоятельно предлагал приобрести у него дырявый обрывок нечто, настаивая, что сие есть кусок "редкостного персидского ковра 12 века". Недавно Лев Николаевич (не Толстой) рассказал мне за чашкой кофе историю о Параджанове, которую я мгновенно представил на пленке. В СССР должен был приехать с визитом Президент Франции Жорж Помпиду. Советские номенклатурные товарищи хотели угодить мадам Помпиду и спросили, что она мечтает увидеть в СССР. Мадам ответила: Сергея Параджанова. Схватились за головы и за красные книжечки у сердца, но все-таки дали телеграмму на студию Довженко, мол подготовьте бунтаря. Параджанова вызвали к руководству студии и огласили желание Мадам и наказ "товарищей". Мастер сидел без денег и без работы, в крошечной однушке в пятиэтажке, но порасспросил у сведущих друзей, что в этом сезоне модно в Париже. Те ответили - МАЛИНА. Заняв денег у всего Киева, Параджанов бросился на рынок и скупил там всю малину, а потом у знакомых антикваров набрал старых канделябров и прикрутил на стены вдоль всех лестничных пролетов своего убогого подъезда. На столе жилища он поставил огромные блюда и соорудил на них малиновые горы, по всей комнате от раскидал свои обожаемые ткани, щедро усыпав складки малиной, словно драгоценными рубинами. Его квартира напоминала альков магараджи - ценителя рубинов, малина мерцала в пламени свечей. Когда мадам Помпиду вошла в этот полумрак, она ахнула, что ни в одном дворце мира ее не принимали столь изыскано, щедро и изобретательно. Параджанов снова победил действительность!
Glaz
Пешком, загульно, наугад по подмоченной ленте дороги. Кругом народ после второго дня Первомая, я им невпопад, они мне не в глаза. Мимо старый гараж, покрытый заборной зеленой краской и за подлатанным после драки подпитым стеклом приготовившиеся в вечность после последнего пути памятники, старушки белые на черном граните, кружева не для платьев, а для оградок, распятия с поседевшим от серебрянки телом Спасителя. Склад "Кому туда". И тут поймал не пристальный взляд успошей с памятника, а живые глаза пса, хромого бродяги, расхристанного, странноприимного. Будто просил забрать меня с этого кладбища, но безнадежно заковылял прочь от меня к своим старикам и старушкам...
Продолжаю голгофиться, тащусь без скорости. На скамье у дома две старушечки, черные, глаза бусинки, у одной за очками у другой за шерстяной челкой. Старушка-старушка и старушка-собака рядком сидят, на меня, добра молодца глядят. Потянуло сфотографировать их благостное сидение, но испугался беспокоить...
И сразу галдёж где-то над нимбом. Задираю глаза, три большие вороны и два вороненка гонят куда-то маленького, чернявенького, подбивают, к земле прижимают, пикируют. А изгой спикировал в палисадник, присел в первоцветах, нахохлился, притаился. Семейство продолжало материться...
Подумалось: не боюсь своей смерти, боюсь, что умрут, кого люблю...
Oscar
Посвящается Лоре и Ирине

Какой-то злобный, не по итальянски агрессивный ноябрь трепал и рвал на части съежившийся Равелло, словно желая стащить его с гор и забросить куда подальше в море. А она, такая большая маленькая девочка, сморщившись от слез и от удара обиды возле заунывно постанывающего камина, прижимала к груди, точно родного плюшевого медведя, огромную, лохматую, застывшую в нелепом балетном па сосновую ветку. Она притащила эту непрошеную гостью в его дом несколько дней назад, почти споткнувшись об нее на ступеньках Виале Рихарда Вагнера после оглушительного урагана. Он проронил, что хотел бы, чтобы она украсила его дом к Рождеству, так как у него самого скорее всего не будет времени. И вот, наткнувшись на дивную сосновую ветку, она решила искупить свою вину, когда два года назад, гостя у него в марте, она обрубила из кадки ссохшуюся новогоднюю елку и спалила ее в камине. На заре ноября в крошечном сувенирном магазинчике уже вовсю царило рождественское настроение: серебрились звезды, нетерпеливо затаились хлопушки, китайские гирлянды дешево перемигивались, преобладал красный цвет, но ей приглянулась совершенная в своей детской простоте гирлянда из бумажной нити и ватных шариков, напоминающих комья снега. В довесок к маленьким снежкам она приобрела пушистый белый шар и серебряное перо. Счастливо шурша хрустким пакетом, она принесла все это богатство домой. За скрипучей морщинистой дверцей кухонного шкафа она обнаружила огромную супницу из радостной амальфитанской керамики. Сосновая ветка, немного поерзав и покапризничав, величаво остепенилась в супнице. Она как заправский иллюзионист набросила на нее снегопад, подвесила мохнатый шар и обронила серебряное перо. Ей казалось, что промерзшая гостиная, испуганная завываниями ветра из камина, сразу успокоилась и притихла.
Она подрагивая от волнения ждала его к обеду. Хлопала дверями, прислушивалась к стуку массивной входной решетки и довольно поглядывала в сторону импровизированной рождественской елки, распространяющей целительный аромат вместо супа. Наконец она влюбленно заслышала поднимающиеся по крутой лестнице шаги и приготовилась принимать восторги по поводу нежно-снежного украшения. Приобняв ее, он проследовал на диван, с привычным интересом уставился в телевизор, скользнув безразлично взглядом по сосновой ветке. Ей не терпелось, чтобы он наконец сказал, как ему нравится елка и как она будет напоминать ее, когда она уедет. Но... он лишь криво усмехнулся и бросил: это что же, снег? Ни слова благодарности, ни грамма эмоции, ни улыбки, ни одобрения. Осушив чашку кофе, он маниакально щелкал по каналам с прогнозами погоды, а она демонстративно сдирала с ветки снег, почти оборвала, ощипала перо и бросила сироту на террасу, где по-прежнему хозяйничали ветер с дождем. Взрослый возлюбленный даже не попытался остановить ее порывистый демарш. Поцеловал на прощание, отметив, что она отчего-то немного грустная и закрыл за собой дверь. Обрушившись в слезы, она втащила с развороченной террасы в спальню ветку, потом схватила ее на руки, крепко обняла и, не замечая колкой ласковости сосны, принялась жаловаться ей на "роковой" роман, который не отпускает ее вот уже почти четыре года...

Московский декабрь обледенел, закоченел и испугался сам себя. Угрюмый хрусталь выставили на продажу на всех улицах и он сбивал с толку и с ног. В упрямом детском отчаянии она строго-настрого запретила маме наряжать елку и даже говорить о надвигающемся Рождестве и тем более идиотском Новом годе. Пятницей 24 декабря она не рассылала открытки иностранным друзьям, не строчила смс, она не ждала и не плакала. Лишь старалась позабыть, или сделать вид, что позабыла о том, что она нарушит шестилетнюю традицию торжественно водружать живую елку для дочери своей лучшей подруги. Безалаберные друзья не позвонили ей в пятницу, чтобы договориться на завтра. В субботу она сидела дома одна, картинно жалела себя и, когда один за другим раздались звонки брата и сестры, которые удивленно спрашивали, почему она не едет к ним, она наконец облегченно расплакалась и оба раза назидательно бросила трубку. В окно все также стучали обмороженные ветки, когда в телефоне она услышала бодрый, но сбивающийся от неуверенности голос Олика со словами, что они с дочкой едут подбодрить ее. Время показывало 8 вечера, улицы больше напоминали хоккейную коробку, а отчаянная подруга как-то смутно представляла себе точный адрес ее дома и пилила в ночи куда-то в сторону Подмосковья с шестилетней дочерью под мышкой. Она, проклиная энтузиазм подруги, тревожно выглядывала в окно. Когда раздался звонок, она готова была распесочить гостью. Но две укутанные фигуры заполнили собой прихожую, шумно рассказывая о подорожных приключениях, Олик совала ей в руку прихрамывающую искусственную елку, которую где-то по пути защемило дверью, малышка доверчиво выложила на стол мандарины и двух щекастых сусальных ангелов. Еще Олик торжественно представила круглую бутылку Кагора с самого Афона и они принялись поздравлять Христа с первым по календарю днем рождения.
Едва запихав гостей в такси, она набрала их любимой маме и бабушке, которая, как оказалось, даже не знала, что ее девицы отправились в гости. Вместо этого насквозь больная Наташа жарила мясо, готовила салаты и ждала ее сегодня в гости. Услышав на том конце недоуменное огорчение и готовые прорваться слезы, она тут же поспешила притвориться взрослой и вновь вернулась в привычный образ "Ангела Рождества семейства И.", пообещав завтра торжественный обряд снаряжения елки. В воскресенье 26 декабря она поспешила в Измайлово, и по дороге к друзьям зашла в магазин в поисках вдохновения для елки. Вдруг среди груд рождественских украшений она углядела знакомую гирлянду... Хлопья снежков, бумажные нити и вдобавок крошечные скрипучие варежки из пенопласта. В воображении мгновенно родилась "концепция" елки. Она будет зайцем и ангелом! Повоевав немного с маленькой хозяйкой дома, которая нервничала и рыдала в предвкушении праздника, им удалось создать практически совершенство: смешная елка, почти достающая сразу тремя тощими верхушками до потолка, возвышалась под метелью, мигала огоньками. На одной из верхушек топорщились заячьи уши на детском ободке, одна из веток бережно укрывала старенького стеклянного снегиря, который своей аловостью стучал, точно сердце елки, а в центре, в большом стеклянном шаре таинственно переливался ангел.
Довольная исполненной миссией она возвращалась домой. Открывшая дверь мама, загадочно и как-то виновато улыбнулась, попросила зажмурить глаза, и ввела ее в комнату. Над телевизором кружила метель, маленький ангел оставил на одной из веток свои лебединые крылья, ветки игрались в снежки, серебряные колокольчики хихикали... А она стояла и плакала, благодарно обнимая маму, словно ту ветку сосны и жалуясь ей на праздник, наступивший против ее воли и втайне долгожданный, на любовь и на глупую себя.
27th-Mar-2011 07:30 pm - траМ
Spasibo
траМ какой-то приключился за душой,
Взял и третьим покатился голышом.
На виду одно ненастье, бьют ковры,
И заходятся до одури коты.

Я бы тоже прокричался от любви,
От желаний промежуточной зимы.
Но душа моя вся в ТРАвМах и кусках,
Все в проталинах и сломанных кустах.

Март ношу я как в кармане острый нож,
Зиму вспорешь и в весну билет найдешь.
Только б траМ за душу грош мне не давал,
Я ж спустил все на февральский карнавал.

На мимозу, на шампанское для дам...
Март транжира, чем за свет тебе отдам?
Вот оставил пару строчек на раскур.
Подымим? Включай капели, бедокур!
8th-Nov-2010 01:32 pm - Полста
Spasibo
Полста горькой для храбрости
Или по слабости лет.
Мне сегодня для целой оравы
потребен обед.
Мне полста не допить одному,
На подмогу друзей созову...
Мне полсотни прожить
Довелось, а вот как, не пойму.
На табло счет пять-ноль,
В зеркалах - седина...
Улыбайся, пацан,
Жизнь такая, с горчинкой игра.
Пью полста за нее,
И полста за друзей, за родных,
Завтра - новый отсчет,
А сегодня мой тост за других!
This page was loaded Nov 14th 2018, 7:08 am GMT.